Горянка

Балет М. М. Кажлаева по мотивам поэмы Р. Г. Гамзатова «Горянка».


  1. 20 марта 1968, Ленинградский академический театр оперы и балета имени С. М. Кирова, балет в 3-х актах 7-ми картинах:

    Либретто О. М. Виноградова;
    Дирижёр Д. Э. Далгат;
    Хореография О. М. Виноградова;
    Художник М. А. Соколова;
    Действующие лица и исполнители:
    Асият – Г. Т. Комлева (затем К. И. Федичева, Н. Р. Макарова, Т. Г. Терехова, В. М. Ганибалова, Н. Д. Большакова);
    Осман – В. М. Панов (затем О. Г. Соколов, В. Н. Гуляев);
    Юноша – В. Н. Гуляев (затем М. Н. Барышников).
    Хадижат, мать Асият – И. Н. Утретская;
    Али, отец Асият – А. А. Сапогов (А. И. Остальцов, А. В. Гридин);
    Харсарат, мать Османа – А. И. Каширина;
    Салман, отец Османа – Ю. И. Умрихин.

  2. 16 июня 1984, 2-я сценическая редакция балета под названием «Асият», Ленинградский академический театр оперы и балета имени С. М. Кирова, балет в 2-х актах с прологом и эпилогом:

    Либретто О. М. Виноградова;
    Дирижёр Д. Э. Далгат;
    Хореография О. М. Виноградова;
    Художник М. А. Соколова;
    Действующие лица и исполнители:
    Асият – Е. В. Евтеева (затем А. А. Асылмуратова);
    Осман – К. Е. Заклинский(затем М. Ф. Даукаев);
    Юноша – Ф. С. Рузиматов (затем Е. А. Нефф);.
    Хадижат, мать Асият – А. Ф. Кабарова;
    Али, отец Асият – Н. И. Ковмир (затем Р. Абдыев);
    Харсарат, мать Османа – А. И. Каширина;
    Салман, отец Османа – В. Ф. Лопухов (затем Г. И. Бабанин);
    Кунаки, сваты, студентки, касумкентские барабанщики.

  3. 15 июля 2003, Дагестанский государственный театр оперы и балета совместно с артистами заслуженного академического ансамбля танца «Лезгинка», балет в 3-х актах:
    Хореограф и постановщик М. Х. Оздоев.
    Художник-постановщик И.-Х. Супьянов;
    Действующие лица и исполнители:
    Асият – Елена Хомичева;
    Осман – Юсуп Омаров;
    Юноша – Курбан Рамазанов.

…Сочинять хореографию я начал уже в работе над музыкой с Мурадом Кажлаевым. Количество рисунков все увеличивалось. Я очень люблю придумывать дуэты героев, и критики отмечали мои дуэты в «Ромео и Джульетте» и, особенно, в «Асели» – с виртуозными поддержками и красивыми позами. В «Горянке» привычных дуэтов с поддержками быть не могло, ибо по законам Дагестана, определяющим отношения мужчины и женщины, они не могли касаться друг друга до свадьбы. Подобное правило, с одной стороны, поставило меня в крайне трудные условия, с другой – именно оно заставило искать необычные решения. В «Горянке» нет ни одной поддержки, и все взаимоотношения героев решаются «хореографическими диалогами»: либо – конфликтными (Асият и Осман), либо – гармоничными, т. е. унисонными параллельными комбинациями (Асият и Юноша). В большом трехактном балете избежать скуки без привычных па де де героев довольно трудно. Па де де всегда являются кульминацией действия, что ни возьми – «Лебединое озеро», «Жизель», «Спящая красавица», «Щелкунчик», «Дон Кихот», «Золушка» и т. д. В «Горянке» мне пришлось создавать новую структуру спектакля и акцентировать действенную роль кордебалета. Здесь кордебалет – не фон, не «аккомпанемент» главных персонажей, а основное действующее лицо – среда, в которой происходят события. Жизнь героев в этом балете определяется вековыми укладами и традициями, незыблемыми, как горы Дагестана. Я решал пластику "Горянки" в стиле монументальной эпической фрески, порой насыщая хореографию виртуознейшими танцами, от которых скучать не приходилось: наоборот, мне говорили потом, что танцев в новом балете слишком много. Но я считаю, пусть их будет лучше слишком много, чем мало! Хотя, конечно, хорошо всё в меру! И я чувствовал эту меру, а потому сокращал танцы, «наступая на горло собственной песне». После премьеры «Горянки» вышло много интересных статей, в которых отмечалась необычность этого балета. А в 1969-м – через год после премьеры – мы получили за него Государственную премию РСФСР…


Отрывок из книги О. М. Виноградова «Исповедь балетмейстера».